|
Думаю, что в многократно обруганные времена застоя навряд решились бы на такое
наши чиновники от правосудия и прокуратуры. А
сейчас это возможно. И весь ужас в том, что это
может случиться почти с каждым.
Сергей К. к криминалу никогда никакого отношения
не имел. Он занимался тем, что вел документальную
часть проекта по налаживанию нормальной работы
взятого в аренду Починковского рынка в одноименном
районном центре Смоленской области. Кроме того,
он любил Ирину. А Ирина была сестрой Игоря Рябоконя.
Такова завязка этой драмы.
16 июля 2003 года следователь прокуратуры Смоленской области
К-ов А.Л. задержал Сергея К. и изъял у него 69 тыс. руб.,
автомобиль и документы предприятия. В протоколе задержания
он отметил, что очевидцы указали на Сергея К. как на лицо
вместе Рябоконем совершившее убийство Винокурова. Заметим, что свидетельство
очевидцев - это безусловное основание для того, чтобы задержать
подозреваемого человека на 2-е суток.
Но надо ли говорить о том, что никаких очевидцев
и в помине не было? К сожалению, подобной уловкой
нечестные следователи "на местах" пользуются довольно
часто. Для некоторых "липа" - настолько обыденное дело,
что они даже не задумываются над возможными последствиями.
Заметим между тем, что на юридическом языке это
называется внесением в официальный документ заведомо
ложных сведений, или служебным подлогом. Этот
факт стал одним из важных обстоятельств для защиты
Рябоконя, поскольку Сергей К. был задержан именно
по его уголовному делу. Это означало, что в уголовном
деле Рябоконя были обнаружены первые признаки
следственной "липы". Этой липы будет еще много.
Но здесь адвокат
сделал все, чтобы представителям
прокуратуры не удалось случайно затерять этот
важный протокол.
Тогда же, 18 июля 2003 г. следователь освободил
Сергея К. от подозрений в убийстве, зато возбудил
новое уголовное дело - в отношении Сергея и Ирины
по признакам мошенничества, якобы совершенного
в крупном размере группой лиц по предварительному
сговору. Как показали дальнейшие события, дело
было состряпано на скорую руку, и от начала до
конца также являлось фикцией. Однако по этому
делу Сергей К. провел в следственном изоляторе
долгих 5 месяцев. Самым скандальным было то, что
его не выпустили даже после того, как следствие
не смогло предъявить обвинение в установленный
законом 10-дневный срок. Но ни Смоленский областной
суд, ни тем более Генеральная прокуратура РФ решительно
не хотели признавать доводов защиты до тех пор,
пока их не признал наконец заместитель Председателя
Верховного Суда РФ. Но до этого мы вынуждены были более
года атаковать "ветряные мельницы". И сидеть бы
Сергею К. до сегодняшнего дня, если бы не
упорство защиты.
Как она в этой ситуации действовала?
Во-первых, сразу после ареста решено было последовательно
и настойчиво обжаловать все судебные постановления
о продлении срока содержания под стражей. Но сработало
это, повторюсь, только на уровне руководства Верховного
Суда Российской Федерации. Беда в том, что наша
судебная система подходит к вопросам арестов сугубо
формально: есть обвинение, есть предположение
следствия о том, что обвиняемый может скрыться,
- этого достаточно, чтобы по решению суда человек
оказался за решеткой как минимум на несколько
месяцев. Невольно с уважением начинаешь вспоминать
практику советских прокуроров, когда при решении
вопроса об аресте они вникали в суть дела, оценивали
улики, а затем брали на себя полную ответственность
за арест. А сейчас одни обвиняют, другие заключают
под стражу, третьи отписываются, и никто ни за
что не отвечает.
Второе - это последовательные
жалобы по линии органов прокуратуры. На все жалобы
до настоящего времени мы получали отрицательные
ответы. Конечно, это вовсе не были законные, обоснованные
и мотивированные отказы в удовлетворении жалоб,
но на каком-то уровне прокуратура все таки внутренне
сдалась, и Сергей К. был выпущен из-под стражи
под крупный залог. Сыграло свою роль и то обстоятельство,
что увидев, как суды хладнокровно штампуют продление
сроков содержания под стражей, мы обратились с
жалобой в Европейский Суд по правам человека.
Безусловно, страсбургская процедура - дело долгое,
но сам факт ее инициирования нервирует чиновников
и заставляет принимать какие-то, пусть половинчатые,
но - решения.
Однако главные события были впереди. Едва выйдя
из-под стражи и дождавшись прекращения "своего"
дела, Сергей написал два заявления в Генеральную
прокуратуру с требованием привлечь лиц, виновных
в его незаконном содержании под стражей, к уголовной
ответственности. И прокурорско-уголовная карусель
закрутилась опять. Ему дали понять, что "бороться
с системой" бесполезно, и уголовное дело против
него возобновили снова. А потом возобновляли еще
четыре (!) раза. Объявили Сергея в розыск (правда,
уже с применением подписки о невыезде), но это
уже были последние судороги. Неповоротливая машина
правосудия стала медленно разворачиваться в обратную
сторону.
|
