Жалоба на действия следователя прокуратуры
Прокурору Смоленской области
г-ну Верховцеву Ю.В.
214000, г.Смоленск, ул. Дохтурова, 2
адвоката Адвокатской палаты г. Москвы
Васильева Александра Витальевича, (рег. номер 77/1970)
107139 г. Москва, Орликов пер., д.3, корп. «В», офис 220
e-mail: info@advoc.biz, тел. (095) 995-96-12, факс 208-86-44
в интересах обвиняемого по п.п. «а, ж» ч.2 ст.105
и ч.1 ст. 30 п.п. «а, ж» ч.2 ст.105 УК РФ Рябоконя Игоря Викторовича
ЖАЛОБА
на действия следователя прокуратуры Смоленской области К-ва А.Л.
Как защитник я неоднократно обращался к Вам с жалобами на грубые нарушения законности, допускаемые старшим следователем по ОВД прокуратуры Смоленской области советником юстиции К-вым А.Л. при ведении следствия по уголовному делу №10439. В связи с отсутствием объективной реакции на эти обращения пренебрежение к требованиям уголовно-процессуального закона со стороны следователя К-ва, приобретает систематический и опасный для результатов следствия характер.
Так, очередные возмутительные нарушения были допущены при предъявлении Рябоконя для опознания гр-ну М-ву 18 декабря 2003 г.
В ходе проведения следственного действия опознающий М-в оказался в явно затруднительном положении, на что указывает длительность проведения опознания. Первое суждение он высказал после примерно 8-минутного рассматривания лиц, предъявленных для опознания. Указав на одного из статистов, он неуверенно сообщил, что тот похож «по носу» на лицо, которое он наблюдал прежде. Следователь К-в никак не отреагировал на это сообщение и продолжал хранить многозначительное молчание. На мои требования составить протокол, следователь не отозвался. После этого опознающий М-в понял, что ошибся, и попросил время «подумать».
«Думал» он еще около 10 минут, а потом указал на следующего статиста и сообщил, что тот тоже чем-то похож, возможно, «волосами». Следователь К-в снова задумчиво помалкивал. На мои замечания о том, что опознание превратилось в угадывание, он не реагировал. Опознающий М-в, видя, что снова ошибся, стал снова просить «дать ему подумать еще». Ему стало, наконец-то, совершенно ясно, что указывать надо было на Рябоконя, поскольку других лиц для выбора просто не осталось. Выждав для приличия очередные 8-10 минут, он сообщил, что третий опознаваемый как-то странно закрывает лицо рукой, что-то жует, чешет голову, и видимо, это и есть тот самый человек. На наводящие вопросы оживившегося следователя опознающий М-в сообщил, что он опознает этого человека (т.е. Рябоконя) «по носу» и «лобным залысинам».
Таким образом, в течение одного следственного действия обвиняемый Рябоконь фактически трижды (!) был предъявлен для опознания опознающему М-ву, что категорически запрещено частью 3 ст. 193 УПК РФ.
В протоколе опознания следователь К-в А.Л. указал, что опознающий М-в опознал Рябоконя, (!) а в конце протокола как бы между прочим отметил, что он указывал и на другое лицо. При этом следователь умышленно нарушил требования ч.4 ст. 166 УПК РФ о том, что в протоколе описываются процессуальные действия в том порядке, в каком они производились. В результате действия опознающего М-ва по «опознанию» Рябоконя, имевшие место в конце следственного действия, были описаны в начале протокола, а предшествующие действия М-ва по «опознанию» одного из статистов описаны в конце этого протокола. Кроме того, действия М-ва по «опознанию» еще одного статиста (также предшествовавшие «опознанию» Рябоконя) вообще не нашли отражения в протоколе следственного действия.
На мои протесты по поводу порядка составления протокола следователь не реагировал. Спросив у понятых, нет ли у них замечаний, он получил их подписи в протоколе, и предпринял в дальнейшем все меры, чтобы я не смог получить их подписи под своими замечаниями. Понятые, молодые люди, явно не знали требований закона к порядку проведения опознания и составления протокола, и не могли правильно оценить действия следователя.
Нельзя в связи с этим не отметить, что сразу после задержания Рябоконя, следователь К-в, несмотря на протесты задержанного, фотографировал его, а затем в ходе обыска у его сестры М. И.В. проявил большой интерес к семейным фотоальбомам и произвел изъятие фотоснимков, на которых был изображен Рябоконь. Принимая во внимание, что 18 декабря с.г. следователь К-в обнаружил явную личную заинтересованность в опознании Рябоконя, нельзя исключать, что опознающим лицам предварительно предъявлялись фотографии обвиняемого.
Невозможно не отметить и явную заинтересованность самого опознающего в стремлении угодить следователю в ходе следственного действия, что свидетельствует только об одном – о предварительной подготовительной работе с опознающим и постановке перед ним задачи во что бы то ни стало опознать обвиняемого. Кто провел такую работу – следователь или оперработник, прокуратуре как органу надзирающему за соблюдением законности следовало бы тщательно разобраться.
Думаю, не имеет смысла предупреждать, что подобные действия граничат с фальсификацией доказательств. Учитывая предыдущие случаи грубых нарушений законности (например, задержание К-я и возбуждение в отношении него уголовного дела с последующим арестом на 5 месяцев, организация задержания М. Г.С.) убедительно прошу Вас рассмотреть вопрос об отстранении следователя К-ва А.Л. от ведения следствия по настоящему делу.
Адвокат А.Васильев
19.12.2003 г.
Метки: жалоба прокурору